События в игре: Новый Орлеан медленно принимает новые реалии, связанные с тем, что ни кто из мира сверхъестественного более может покинуть этот город. К тому же недавняя пропажа Марселя,слишком взбудоражила вампиров города, а еще то, что появились первородные оборотни, которые возможно на стороне Майклсонов. Но вот незадача, мало вампиров готовы присягнуть в верности первородной семье, а вернувшийся к жизни ведьмы, обладают куда большей силой, чем их обычные родственники, это совсем не внушает доверия у обитателей города. Мир раскололся и каждый пытается играть в ту игру, что ему выгодна. Вот только все забывают, что бессмертие, не такое уж бессмертие.
Шаблон анкеты ¦ Гостевая ¦ Список ролей ¦ Внешности ¦ Сюжет ¦ Сюжетный FAQ ¦ Подопытные ¦ Пророк ¦ Хочу к вам ¦ Круг ¦ Нужные всем ¦ Оборотни



New Orleans Mystic stories.The Originals. Flying Moth.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » New Orleans Mystic stories.The Originals. Flying Moth. » Sow the wind reap the storm » Друзьям свойственно возвращаться


Друзьям свойственно возвращаться

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Друзьям свойственно возвращаться
ost KONGOS - Come With Me Now

http://66.media.tumblr.com/92c43e01f9750cb831a5c52506c6bbf6/tumblr_o68tgyt0Fm1ru5lf8o3_250.gifhttp://67.media.tumblr.com/59a3d21f35572b3db892f59e8e9789be/tumblr_od4j1e9Dip1qagodco7_r1_250.gif

Эми, Давина

18.03

В моей жизни все перевернулось с ног на голову. Теперь того мира в котором я жила больше нет, словно его слизал кот. Но, прошлое,то самое,которые не смогло уничтожиться,еще осталось. Давина. Сколько лет мы не виделись с ней. Лет девять. И вот в кафе я вижу ее. Решая, что есть шанс хотя бы узнать,как она поживает,все эти годы. Что предвещает мне эта встреча, я не знаю, лишь надеюсь на лучшие и хоть на то,что может хоть она мне сможет объяснить,каков этот город. Ведь ее семья так раньше общалась с моей бабушкой, а значит,как ни крути нас что-то связывает. Хотя последняя наша встреча была слишком плачевной для нее, я как то сделала самой близкой мне подруге очень больно,так и не извинившись,отправляясь в Нью-Йорк. Я лишь помню, что все сильно обвиняли меня,за ее ослабленное состояние и что так делать нельзя. Но,я так и не поняла,что нельзя. Девять лет. Долгих девять лет,чтобы сказать прости и узнать,что произошло.

+1

2

Томные капли дождя падали на мостовую, стекали по брусчатке вниз, быстрыми волнами журчащей воды. Необузданная стихия – вода, подобно времени в этом мире столь же непредсказуема. Жизнь же подобно зажженной спичке по сравнению с временем в далеком космосе. Лишь дурак верит в возможность того, что в один момент жизнь его удивит подобно фокуснику на Тайм Сквер, стоящему там с пяти утра до позднего вечера, в холод или в зной. Будто он вытащит из своей шляпы если не кролика, то решение всех их проблем. Люди слишком наивны в своих мечтах, но что может быть более жестоким, чем перестать мечтать. Мечты — воздух, дыхание, непредсказуемость и восторг, дарующий хоть немного надежды в любой пасмурный день.
Дождь становился сильнее, превращая дорогу в настоящие горные реки.
- Никогда не плавал на байдарке? – она говорит это невзначай, смотря на Тристана.
Тем временем вода поднималась и журчала, выплескивая капли воды вверх, стремясь в небо, чтобы достичь облаков. Казалось все измениться сейчас, со следующей каплей дождя, падающей на карниз подоконника. Белое стекло превращается в призму, транслируя искаженный вид города.
   
   Хочется спать подобно ленивцу, завернуться в теплый плед, взять маленькую чашку шоколада и смотреть на него. На того, чей образ стал частью жизни, той неотъемлемой  и скучной. Видеть, как он читает книгу, как дотрагивается пальцем до языка, чтобы смочить подушечку пальца и перелистнуть очередную страницу Рея Брэдбери  «Вино из Одуванчиков». Он вчитывается в каждую строчку и на его лице постоянно меняются эмоции. Сколько раз он читал эти книги? Мне хочется задать этот вопрос, но он так и остается на моем языке. Сколько всего мы не говорим. Боясь, что нас не поймут.  Наверное, он читал эти произведения сотни, нет тысячи раз, а  возможно, десятки тысяч раз. И как ему не надоедает? Мне бы надоело. Он подобно всем людям, только бессмертный.  Он вздыхает, смотря на меня, кажется я ему уже надоела. Не знаю такое ощущение складывается постоянно, когда я спрашиваю что-то у него.
Медленно поднимаясь с кровати, закутываюсь в теплый махровый свитер, напоминающий шкуру дикого барана. Эмили улыбается, не говоря ни слова. Порой улыбка говорит больше чем нужно, больше сотен слов, обычных никчемных, бульварных строчек говорящих, не о том, что мы чувствуем, а том, что мы хотим слышать.
-Я скоро вернусь – она говорит это ему, выходя за дверь комнаты. Зачем она говорит это мужчине что, скорее всего, так увлечен книгой «Вино из одуванчиков» и вряд ли ее слышит. Он где-то в том мире, где можно чувствовать прохладный ветер, шум листвы, запах пшеницы и быть далеко, от темной комнаты и невозможности изменить свое положение и продолжать коротать дни в ее обществе. Конечно, это намного лучше, чем захлебываться соленой водой, прожигающей горло и  приносящей лишь боль. Она оставляет его в том мире произведения, хотя он вряд ли осознает, что она ушла. Эмили спускается вниз по лестнице, проводя пальцем по фотографиям, напоминающим обо всем хорошем и в тот же момент печальном. Почему печальном? Прошлое нельзя вернуть или изменить. Фотографии это фальшивое успокоительное для нервов и для сознания вроде как единственная возможность ухватить прошлое за «хвост» и не отпускать. Предательство – крутится в голове. Да. Жизнь еще та предательница, только предъявить ей претензии не удалось еще никому. Пара движений подобно порхающей бабочке над полями Луизианы и болотами Мончака, она спускается вниз к двери. Одним движением, все так же порхающим, она достает с длинной тумбы красный зонт.

На улице мокро и сыро. Кто бы мог подумать, что дождь размоет дороги, так быстро. Люди напоминают все друг друга; серые, темные, прячущиеся  под черными зонтами и большими воротниками. Она же идет в обычном свитере и джинсах, шлепки на босу ногу. Она чувствует как холодная вода, первая весенняя попадает на ее кожу. Она словно лодка плывет по этим рекам, некогда именующих себя улицами Нового Орлеана. В ее руке крутится алый зонт, словно одно большое яркое пятно, совсем неуместное для этой погоды.
Несколько месяцев назад, ее место было среди всей этой серой массы людей, мечтающей лишь о том, чтобы закончился дождь и снова засветило солнце. Но ей сегодня все равно на то, какая погода. Она идет по дороге и улыбается;  своим мыслям, ему, его чтению книги. Да это, то самое первое чувство, которое рождается из ниоткуда, которого намного больше стыдишься, чем всего остального. Ее взгляд рассматривает витрины кафе. Останавливаясь на мгновение, на знакомом образе.
  Она всматривается в образ девушки, сидящей в маленьком кафе и поправляющей белую скатерть. Она сидит грустная, возможно, поглощена своими мыслями, ее спина облокачивается на спинку бордового стула.
- Да это не может быть ошибкой – проноситься в ее голове, в один момент, давая ей тот непринужденный шанс обдумать дальнейшие действия. Ее сердце горит от первых чувств, а голову остужает это детское чувство, принося ей лишь отголоски бури эмоций. Она становится под козырек кафе, закрывая свой красный зонтик, и готовиться войти в дверь. float:left Что ей сказать той, что она не видела столько лет, Эми не знает.  Она напоминает себе школьницу забывшую теорему у доски, стоящую там как солдат у стены ожидающий расстрела , что слышит каждый щелчок предохранителя и дыхание своего палача. Она знает Давину, она помнит ее. Сколько много фотографий из их прошлого,  того прошлого, что не вернуть и которое навсегда осталось в Нью-Йорке в Гарлеме, где в маленькой коробочке из-под леденцов столько лет хранились фенечки и разные фото, сделанные ими, но вскоре увезенные в холодный город к статуе Свободы, как самое дорогое воспоминание. В той коробочке осталось их общее прошлое. Помнит ли Давина о нем? Что стало со шкатулкой? Наверное, ее скорее всего выбросили новые владельцы квартиры, закрасили косяки дверей, где они с Рокси отмеряли свой рост. Она вдыхает аромат кофе, улыбаясь официанту, поправляя свои рыжие волосы. Вспомнит ли она ее как помнила раньше? Простила ли она тот день, когда из-за непонятных действий Эми ее увезли в больницу, а позже ей так и не дали возможности извиниться перед подругой . Одно прикосновение руки разрушила их жизни, ее жизнь в первую очередь. Она подходит к столику, смотря на Давину, что продолжает что-то искать в интернете, через планшет.
- Тут бесплатный вай-фай? Да, Давина? – она это сказала, начала этот диалог ни о чем. Ну, что она может сказать другого. Спросит о том, как прошли девять лет, и помнит ли она ее вообще? Этот момент смахивает больше не на встречу некогда подруг, а драму послевоенных годов, что совсем не вписывалось в нынешний мир.
Может, ты меня помнишь? Я Эми Торн – она говорит тихо, ей  неудобно отвлекать ее. Скорее Эми волнует, узнает ли ее та, что когда-то была ее лучшей подругой. Прошло слишком много времени. Они выросли, изменились и возможно, утекло слишком много воды с их дружбы. Она стояла и наблюдала, как ее глаза отрываются от планшета. В голове у Торн продолжал стучать молоточек «не волнуйся», «все хорошо», «ты сильная», «тебя помнят» , глупый молоточек с глупой целью поддерживать ее самооценку. Дождь продолжал стучать по стеклу и кажется, лишь усиливался за окном. Капли становились больше, вырисовывая пузыри на лужах.

+1

3

Знаете, всегда, рано или поздно, наступает момент, когда надо побыть одной. Обдумать произошедшее, построить планы на будущее. Побыть просто наедине с собой и немного отвлечься от будничных дел. У меня, к сожалению, моменты единения наступают очень редко. Возможно, именно поэтому, я так радуюсь, когда могу позволить себе посидеть где-нибудь одной и просто побыть той самой Давиной, который когда-то была. Или до сих пор есть?
Слишком много всего изменилось. Беззаботное детство резко оборвалось и нагрянули тяготы взрослой, суровой жизни. Не думаю, что так как у меня бывает у всех. Не успев закончить школу, я уже успела нажить себе смертельных врагов, потерять любимых людей и вляпаться в постоянные неизбежные неприятности.
Клаус... Вот имя моего главного врага и человека [если его можно так назвать], который постоянно пытается причинить вред моим близким. От одной мысли о нем, кровь начинает закипать и я, словно маниакальный психопат, готова на все, лишь бы он умер мучительной смертью.
Раньше я не была такой. Я не желала зла никому и подумать не могла, что когда-нибудь стану причиной чьей-то гибели. С тех пор прошло слишком много времени и я уже не могу с уверенностью сказать, что Давина Клэр - хороший человек. Рамки стали размытыми тогда, как погиб мальчик со скрипкой. Что-то навсегда сломалось в тот момент и уже никогда милая Давина не станет той наивной и ранимой девчонкой. Теперь я... Кто я?
Когда в Новом Орлеане начинает лить дождь, весь город превращается в размытое пятно. Людей на улицах становится меньше, музыка утихает и становится спокойно, но не на долго. После дождя все станет прежнем и вода никуда не смоет проблемы этого города. Но сейчас, сидя в кафе, держа одной рукой кружку горячего кофе, я могу притвориться еще одним нечетким образом в этом кафе. Впервые за долгое время я не хочу видеть никого, даже Джоша. Не хочу говорить, учить новые заклинания или продумывать новый план мести Клаусу. Я хочу побыть собой. Без магии, без страха за своих близких и за саму себя. А буду ли я собой без всего этого багажа ответственности?
Сколько я уже сижу в этом полупустом кафе? Час-два? Да хоть целую вечность. Постепенно тону в своих мыслях и понимаю, что мне никто не бросит спасательный круг. Как всегда сама, Давина. Даже сейчас, находясь немного в стороне от повседневных проблем, я все равно вся на иголках. Постоянное напряжение, которое копилось месяцами, нельзя вот так просто взять и выкинуть. Интересно, смогла бы я просто уехать из Нового Орлеана? Ведь когда-то Джош предлагал именно так и сделать. Просто собрать вещи, никому ничего не говорить и пуститься в путешествие. Я бы могла объехать всю Америку, а может и весь мир. Притворилась бы другим человеком, поменяла имя и начала все с начала. Нашла бы себе парня, когда-нибудь вышла замуж и, что уж мелочиться, завела бы детей. Сама мысль о том, что я могу покинуть родной город казалась неправильной. Я ведьма французского квартала и, скорее всего, как и родилась, так и умру. Но сама мысль о том, что у меня могла бы быть другая, нормальная жизнь завораживает. Почему бы не погрузиться в неё хотя бы в своих мечтах?
Из мира грез меня выдергивает чей-то голос. Незнакомый голос, который произносит мое имя. Может я ослышалась? Прихожу в себя, понимая, что как минимум двадцать минут тупо листаю новости в планшете, не читая ни строчки. Оборачиваюсь, хочу практически на автомате ответить, но замираю. Она другая и голос изменился, но все та же копна рыжих волос и взгляд в котором сверкают искорки. Некогда родная, самая близкая и уже такая далекая подруга. https://68.media.tumblr.com/508680004c48c87320de0d611face59b/tumblr_o2hx5qHlm61tetango7_250.gifЭмили словно из сна или какой-то давней истории, которая покрылась пылью на полке моих воспоминаний. Взрослая, настоящая, стоит прямо передо мной. Что я сейчас чувствую? Смятение? Страх? Наши семьи оборвали нашу историю, так и не дав поговорить в последний раз. Сколько нам тогда было? Девять? Или десять? Да, точно десять!
По коже бегут мурашки, и я хватаю ртом воздух, словно рыба нечаянно выпрыгнувшая на берег.
Помню ли я тебя, Эми? Помню ли наше общее прошлое? Беззаветное, счастливое... Ночевки у друг друга, шалаш из одеял, где мы прятались с фонариком и прикосновение, которое практически убило меня. Я все помню. Была ли я когда-то зла за то происшествие? Нет. Было ли мне больно, что ты так и не попрощалась? Да.
-Эми... - я так давно не произносила это имя, что кажется, сейчас смакую его заново, - Эми... Как... Ты же уехала... 
Никогда не думала, что воспоминания могут мелькать в голове, как кадры в фильме. Резко, отрывисто и очень ярко. Если раньше я думала, что мои воспоминания о детстве глубоко потеряны, то сейчас я буквально переживаю их все заново. Даже не смотря на тот роковой день, хорошего у меня было намного больше, чем плохого. И почти в каждом хорошем воспоминании была она, моя Эми Торн
Первое, что я хочу сделать - подорваться с места и обнять ту лучшую подругу, которая до сих пор была чем-то хорошим в моей жизни, но потом заставляю себя передумать. Во-первых, последнее наше касание друг друга кончилось плохо. А во-вторых, мы уже не те, что были раньше.
- Конечно я помню тебя! - не могу сдержать улыбку, но она быстро угасает и я перевожу взгляд на руки девушки. Опасна ли она сейчас? - Выпьешь со мной кофе? Я хочу узнать... Хочу поговорить.
Не смотря на то, что мы давно с Эми не подруги, я все равно мысленно умоляю её бежать из Нового Орлеана. Здесь слишком много опасности, слишком много плохих людей, а самое ужасное, если кто-то узнает о том, какие узы нас когда-то связывали, она может стать очередным инструментом Клауса для шантажа и манипулирования.

Отредактировано Davina Claire (2016-12-09 06:42:41)

0


Вы здесь » New Orleans Mystic stories.The Originals. Flying Moth. » Sow the wind reap the storm » Друзьям свойственно возвращаться


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC